По мере того, как набирался опыт, возрастало желание нырять больше и чаще. Ипоездки стали видоизменяться не сторону отдыха. Дорога к речке, затем долгиеохоты с небольшими переездами, и под вечер сразу домой. В итоге из процессавыпал едва ли не самый важный элемент – отдых на природе под костерок с ушицейили шашлычками. Тем более этому способствовало всяческое нежелание супругиповторять путь «жены-декабриста» – мотаться со мной по долам и полям, бытьверным сторожем машины и центром занятости на природе для ребенка и собаки.

Акак не хватало последние два года этой природной романтики. И вдруг это случилось — меня отпускают на целых два дня! Тут же собираем команду, состоящую из трех«боевых пловцов», и решаем навестить соседний регион. Загодя грузим лодкус мотором, спальники, прочее снаряжение и,закупив провиант, двигаемся в сторону предстоящей подводной «битвы».

Пятьчасов дороги с бесконечными байками протекают незаметно. Вот и река. Собираем лодку, облачаемся в гидрокостюмы, и вперед, к заповедным местам!

Втроемнырять рядом как-то тесновато, поэтомузакидываем всех в разных местах, бросаем лодку на якорь, и каждый пускается всвободное плавание. Доплыл до лодки, заводишь мотор, обгоняешь всех, бросаешьлодку и так далее.

Водаздесь намного чище, чем в нашей области, хотя какая-товзвесь присутствует. Но большиеглубины делают полезное дело – корабли не так взмучивают воду винтами. Видимость точно более двухметров. Рельеф дна однообразно пустынный изредка нарушается завалами из кустови бревен, которые и нужно обследовать. Хоть и стараюсьтщательно все обследовать, но первые два часа результата не дают. Начинаю нырять всеглубже и глубже, но рыбы нет. Даже заготовил мысленно фразу для встречи послеохоты: «Ну что господа гусары, хвастались всю дорогу трофеями я сейчас безединой рыбки? Стыдно!»

И тут встречаюсь сКириллом, который «хрюкает» трубкой около самого берега. Он подзываетменя к себе, показывает трех судаков под 2-2.5 кг и говорит, что взялих прямо вот здесь под берегом в подводном кустике, и что ему достаточно ибольше брать не будет.

А у меня то уже «трубы горят». Нырок и вижу стользнакомые силуэты судаков, которые уже изрядно распуганы,и при появлении очередного подводного охотника начинают разбегаться. Один все же оказывается на стреле после точного выстрела, авскоре в соседних кустиках беру еще двоих. Тут уже тоже наступает пресыщение итеперь только мысли о вечном – о еде, иушицы хочется.

Через пару нырков попадаются щучка и небольшойкарась. Подплывает как раз и третий участник нашего рандеву, и на кукане у него четырекрупных судака. Все выходим на берег.

Через часоколо машины разводится костер и начинается то, что ужепочти стерлось в нашей памяти. Дымок костра, аппетитная уха,»огненная вода» и опять же байки, рассказы. Завершает процесс наслаждения отдыхом и единения с природой, запеченныйв фольге волжский судак, и потом сладкий-сладкий сон.

Утроначинается с разбора «вчерашних «полетов».Почему-то оказалось, что пара масок сломана и одна из трубок также приказаладолго жить. Вспоминаем, что ночью ездили за дровами и, видимо, не заметилисумку со снаряжением, которая попала под колесо.

Безвременно погиб только чтокупленный электронный безмен. Егопочему-то положили вместе с продуктами, протекла банка с маринованнымиогурчиками, и прибор всю ночь принимал соляные ванны.

Хорошо, что были запасные маски и трубки, и мыможем поохотиться снова. Решаем пройтись ещераз по тем же местам, но рыбы существенно меньше. Хотя удается взять самого крупногоза поездку судака на 3.3 кг.

А потом была дорога домой трех«ластоногих», полусонных от усталости и от насыщенного отдыха. И уже ничто неогорчало – ни штрафы за превышение скорости, ни жуткие пробки на въезде вгород. На этотраз мы получили не только удовольствие от
подводной охоты, но и то самоесостояние нирваны на природе, наслаждениетуристической романтикой — ночь впалатке, водные прогулки и прочее, прочее,прочее…